«Как в плену»: заключенные из Крыма о российской колонии

0














Перевезенные на территорию России из тюрем аннексированного Крыма граждане Украины жалуются на отсутствие медицинской помощи и травлю со стороны администрации колоний за отказ принять российское гражданство. За последний год в одной из колоний — ИК-1 в Адыгее — как минимум трое выходцев из Крыма умерли.

По данным Регионального центра прав человека в Киеве, скончавшиеся заключенные не получали должной медицинской помощи.В российском тюремном ведомстве утверждают, что заключенным была оказана квалифицированная помощь врачей, а официальной причиной их смерти называют осложнения на фоне хронических заболеваний.

Несколько украинских заключенных ИК-1 Адыгеи уже не первый год добиваются права отбывать наказание на родине.

«Пью по пять таблеток парацетамола и жду, когда придет инфекционист»

Последний случай смерти выходца из Крыма, согласно сведениям украинских правозащитников, в адыгейской колонии произошел в марте 2017 года.

Андрей Левин был осужден в Джанкое в апреле 2015 года и через семь месяцев после приговора переведен в ИК-1 Адыгеи. Сам Левин в одном из обращений в прокуратуру пишет, что у него ВИЧ, гепатит и туберкулез.

Как следует из его письма, которое есть в распоряжении киевского Регионального центра прав человека, в декабре 2016 году у заключенного сильно поднялась температура. В медсанчасти мужчине прописали антибиотики и жаропонижающее, но это не помогло.

Левин лег в находящийся на территории колонии филиал краевой больницы №2, откуда примерно через две недели его выписали, как утверждал заключенный, с той же высокой температурой, что и при поступлении.

«[Я] пью каждый день по пять таблеток парацетамола и жду, когда придет инфекционист … скажет, что у меня и, может, каких-нибудь лекарств мне надо, т.к. мне ничего не говорят», — писал Левин в обращении, датированном серединой февраля. Спустя три недели после этого он умер.

Незадолго до смерти Левина, в декабре 2016 года, в той же колонии скончался уроженец Севастополя Дмитрий Серпик. Официальной причиной смерти значится полиорганная недостаточность, рассказал Русской службе Би-би-си эксперт Регионального центра прав человека Роман Мартыновский.

По словам Мартыновского, до марта 2014 года Серпик получал препараты ВИЧ-терапии за счет Украины. Но после того как Киев потерял контроль над Крымом, лечение прекратилось. В разговорах с семьей украинец рассказывал, что необходимой медпомощи в ИК-1 ему не оказывали, сообщил правозащитник.

В сентябре 2016 года в ИК-1 Адыгеи, по данным украинского правозащитного центра, умер гражданин Украины Валерий Керимов. Он «был болен гепатитом и туберкулезом, ему не была своевременно оказана медицинская помощь», говорится в сообщении центра.

В отчете управления верховного комиссара ООН по правам человека сообщается, что состояние Керимова ухудшилось после перевода в Адыгею. Как следует из документа, администрация колонии не предоставила адвокату Керимова никаких документов о лечении заключенного.

Украинские правозащитники обращались в МИД страны и консульство Украины в Ростове-на-Дону с просьбой посетить Керимова, но дипломаты этого не сделали, утверждается в отчете.

По сведениям Би-би-си, незадолго до смерти заключенного собирались перевести в учреждение для больных туберкулезом.

ФСИН настаивает, что все трое заключенных находились «под диспансерным наблюдением» и получали необходимое лечение.

«Персоналом учреждения соблюдаются нормы медицинской этики и деонтологии, фактов неоказания медицинской помощи пациентам не установлено», — говорится в официальном ответе ведомства на запрос Би-би-си.

«Я здесь не имею статуса «заключенный», я попросту нахожусь в плену»

В ИК-1 остаются как минимум несколько граждан Украины, которые не хотят менять паспорт и просят перевести их отбывать заключение на родину.

В этом месяце один из них Иван Федирко, по данным украинских правозащитников, объявлял голодовку, требуя отправить его в Украину. Сразу же после этого его поместили в строгие условия содержания. Во ФСИН утверждают, что информация о переводе в СУС и голодовке не соответствует действительности.

В опубликованном Региональным центром прав человека обращении к начальнику колонии, заключенный пишет, что столкнулся с «беспределом» в «государстве, границу которого не пересекал ни разу в жизни». «Я здесь не имею статуса «заключенный», я попросту нахожусь в плену», — говорит Федирко.

По словам заключенного, который попал в ИК-1 в августе 2015 года, у него целый ряд хронических заболеваний, иногда из-за боли он не может ходить и в течение двух лет безуспешно просит о медицинской помощи.

Во ФСИН Русской службе Би-би-си заявили, что врачи-специалисты оценивают состояние Федирко как удовлетворительное, он находится «под динамичным наблюдением медицинских работников».

Источник

Натисніть на стрілку що б перейти до наступної сторінки

Оставить комментарий