Преступление или наказание: кому нужен новый закон «О валюте»

1

Недавно наш президент отрапортовал о подписании и передаче в Верховную Раду законопроекта «О валюте».

Главу государства поддержал и премьер-министр, отметив, что законопроект подготовлен Нацбанком очень качественно.

НБУ, в свою очередь, поспешил аргументировать: последний раз такой закон был принят 25 лет назад. И посвятил новому законопроекту целую презентацию.

Впрочем, некоторые специалисты открыто критикуют закон, поскольку с опасением относятся к предоставлению Нацбанку более широкого круга полномочий и к ручному режиму регуляции валютных операций. Кроме того, есть основания утверждать, что участники валютного рынка не почувствуют обещанной либерализации в этой сфере сразу после введения в действие нового закона. А это значит, что нужно будет ждать, пока результаты (хочется верить, что положительные) проявятся в экономической жизни страны.

Давайте посмотрим.

Сейчас валютные операции регулируются сразу несколькими нормативными актами (Декрет Кабинета Министров Украины от 19.02.1993 № 15-93 «О системе валютного регулирования и валютного контроля» и Закон Украины от 23.09.1994 № 185/94-ВР «О порядке осуществления расчётов в иностранной валюте»). Авторы проекта утверждают, что он упростит существующее валютное законодательство — вместо нескольких нормативных актов будет только один закон.

В презентации Нацбанка очень интересно изображено действующее законодательство — в виде запутанной паутины из множества актов с непонятной иерархией между собой. В свою очередь, будущее законодательство изображено в виде чёткой вертикали, во главе которой закон Украины «О валюте».

Интересная подача. Однако при внимательном взгляде даже неюристу понятно, что составляющие принципиально не меняются. Ведь иерархия нормативных актов существует и сейчас, а положения нового закона на неё никак не смогут повлиять, поскольку этот принцип закреплён Конституцией Украины.

Поэтому ни презентация, ни пояснительная записка, ни положения самого законопроекта не дают нам чёткого ответа на вопрос, как именно упростится нормативное регулирование валютного законодательства.

Новый закон отвечает нормам ЕС в сфере валютного регулирования.

Авторы проекта ссылаются на статьи 144–147 Соглашения про ассоциацию Украина — ЕС, согласно которому перед нами стоит чёткое задание: уменьшить ограничения в своём валютном законодательстве с целью обеспечения свободного движения капитала с Евросоюзом. Стороны договорились и далее внедрять направленные на либерализацию национального законодательства положения, но в то же время за каждой стороной остаётся право принимать ограничительные меры касательно движения капитала на срок не более 6 месяцев.

Глядя на положения об ограничении сроков расчётов по внешнеэкономическим операциям, можно примерно понять логику разработчиков проекта. С одной стороны, в новом законе не говорится об ограничении таких сроков, однако за Нацбанком остаётся право ввести такие сдерживания.

Подобная ситуация и с остальными мерами защиты, такими как обязательная продажа части валютной выручки, внедрение специальных разрешений на проведение отдельных операций и т. д.

Таким образом, разработчики вполне обоснованно утверждают, что новый закон отвечает принципам регулирования движения капитала, заложенным в Соглашении Украина — ЕС. Другой вопрос, что, скорее всего, участники валютного рынка не почувствуют обещанной либерализации в этой сфере, по крайней мере сразу после введения в действие закона.

Главный принцип нового закона — разрешено всё, что прямо не запрещено. Что же имеют в виду авторы законопроекта?

Очевидно, что их позицию можно аргументировать положениями статьи 4 законопроекта, которая гласит о том, что валютные операции можно осуществлять без ограничений, кроме случаев, когда Нацбанк примет определённые меры защиты (читайте — введёт ограничения).

Однако подобное положение содержится и в действующем законодательстве — а именно в статье 2 действующего Декрета КМУ. Документ гласит, что как резиденты, так и нерезиденты имеют право осуществлять валютные операции с учетом установленных законом ограничений.

Логичным будет отметить, что сейчас НБУ может устанавливать порядок проведения практически любой валютной операции, но и новый закон едва ли ограничивает подобные полномочия.

То есть и действующий, и будущий законы устроены по принципу: разрешено всё, что прямо не запрещено. А построение законодательства противоположным путём прямо противоречило бы основоположным принципам Конституции.

Новый закон «О валюте» не ограничивает сроки расчётов по внешнеэкономическим операциям. Сейчас этот срок ограничен 180 днями

Итак, разработчики проекта фактически объявляют об исчезновении ограничения срока расчётов по импортным и экспортным операциям.

Однако регулятору всё же предоставляются полномочия внедрять меры защиты в виде:

1) обязательной продажи части поступлений в иностранной валюте;

2) установления граничных сроков расчётов по операциям экспорта и импорта продукции и транспортных услуг;

3) установления особенностей проведения операций, связанных с движением капитала;

4) внедрения специальных разрешений на проведение отдельных валютных операций;

5) резервирования средств по валютным операциям;

6) других мер, определённых статьёй 7-1 Закона «О Национальном банке Украины».

А те меры по ограничению сроков расчётов по импортным и экспортным операциям, которые сейчас предусмотрены статьями 1-2 Закона № 185, очевидно, будут установлены на бессрочной основе нормативно-правовыми актами Нацбанка одновременно с вступлением в силу нового закона, и только он сможет их отменить.

Кроме того, за Нацбанком остаются и полномочия касательно временного введения (ужесточения) перечисленных мер защиты на срок, который не превышает 6 месяцев.

Каждая из вышеупомянутых мер защиты может быть установлена НБУ по умолчанию и на неограниченный срок сразу после того, как в силу вступит новый закон. В то же время в период действия нового закона Нацбанк, как и сейчас, сможет на срок до 6 месяцев ужесточать уже действующие ограничения или устанавливать какие-то из вышеупомянутых.

За участниками внешнеэкономической деятельности оставят право продлить такие сроки с помощью разрешения от Минэкономики. Но в силу того, что такая опция распространяется на ограниченный круг операций, большинству она будет попросту недоступна.

Вопрос ограничения сроков расчётов по экспортным и импортным операциям является одним из самых болезненных для субъектов внешнеэкономической деятельности, и отмена таких ограничений, безусловно, развязала бы руки бизнесу.

Приходится констатировать, что, во-первых, такие ограничения по факту никто не отменит — просто после принятия нового закона они будут установлены НБУ. Во-вторых, у Нацбанка по-прежнему остаётся право дополнительно сокращать такие сроки в «ручном режиме».

Новый закон исключает необходимость регистрировать полученные за границей кредиты и валютные ценности. Хотя законопроект и не содержит таких требований, но Нацбанку предоставляются полномочия устанавливать их своими нормативными актами. Вполне вероятно, что со вступлением в силу нового закона НБУ таки установит какой-то механизм такой регистрации.

И наконец, новый закон исключает наказание за нарушение сроков расчётов по внешнеэкономическим операциям в виде приостановки этой деятельности (к слову, такая схема работает ещё с 1991 года). Статью о наказании не просто исключили целиком и полностью — в новом законе не прописали любой иной механизм применения санкции.

Таким образом, новый закон действительно облегчает «груз ответственности» валютных игроков, что должно порадовать целевую аудиторию. А продиктовано такое решение, очевидно, тем самым задекларированным стремлением к либерализации, которого требует от нас европейское сообщество.

Закон «О валюте» — скорее, первый шаг к либерализации валютного законодательства в соответствии с европейскими стандартами, а не само решение наболевших проблем в этой сфере, чего, собственно, не отрицают и авторы проекта.

Подписаться на новости Фок

Facenews

Оставить комментарий