Украинский депутат о «катастрофических последствиях» блокады Донбасса

0














Депутат Верховной рады, бывший глава Донецкой области Сергей Тарута в интервью DW раскритиковал блокаду Киевом Донбасса, вспомнил о первых месяцах сепаратизма и оценил влияние России.Сергей Тарута — внефракционный депутат Верховной рады, бывший крупный донецкий промышленник. В интервью DW политик дал оценку последним событиям вокруг торговой блокады Киевом самопровозглашенных республик в Донецке и Луганске и оценил влияние России.

Deutsche Welle: Ситуация в Донбассе в марте нынешнего года изменилась. Украинские власти поддержали торговую блокаду так называемых "ДНР" и "ЛНР"; пророссийские сепаратисты начали "национализацию" предприятий, до этого торговавших с Киевом и плативших ему налоги; Россия признала паспорта сепаратистов. Что стоит за обострением?

Сергей Тарута: За этим стоит усталость многих из-за того, что ситуация не решается, и попытка ее радикализировать. Блокада преследует не экономические, а политические цели. Было первое требование остановить "торговлю на крови". Любая война — это и бизнес. Контрабанда есть с обеих сторон, однако она идет не железной дорогой. Но никто не разбирается, что деньги у этих предприятий на территорию самопровозглашенных "ДНР" и "ЛНР" не заходят. Это производственные площадки, а коммерческая деятельность идет на территории Украины, которую контролирует Киев. Люди выезжают с оккупированной на нашу территорию, получают в банкоматах зарплату, покупают продукты питания и возвращаются.

Вместо того, чтобы жестко отреагировать, президент Порошенко на это не пошел, а два месяца наблюдал. Это привело к катастрофическим последствиям. Это дало возможность России получить преимущество в пропагандистской работе, мол, Украина не дает возможность жить этим территориям, поэтому им надо помогать.

Первый шаг — Россия признала их документы. Дальше — предприятия останавливаются, и боевики тут же ставят вопрос о национализации. А влияние этих предприятий на украинскую экономику очень большое, им нет альтернативы. Это означает, что большая часть тяжелого машиностроения останавливается или уменьшаются объемы производства предприятия на территории, которую мы контролируем. Это угроза для тысяч рабочих мест. Это потеря 2-2,2% ВВП.

— Но многие считают, что нельзя торговать с тем, кто ведет против тебя войну. Как быть?

— Это большая манипуляция понятиями. Шахтеры, железнодорожники, металлурги, которые там работают, к терроризму не имеют никакого отношения. Они работают у своих станков, никто не думает идти воевать. Мы только наоборот создаем большие риски потери рабочих мест. Профессионалы уедут. У тех, кто не может уехать, есть единственная возможность — наниматься в боевики, потому что только там платят деньги. Желание участников блокады, партий "Самопомощь" и "Батькивщина" (обе в оппозиции. — Ред.) — перезагрузка власти, чтобы ее быстрее снесли.

— Три года назад, когда на востоке Украины зародилось сепаратистское движение, новые власти в Киеве попросили вас стать главой Донецкой обладминистрации. Как менялось российское влияние в Донбассе?

— Я согласился из-за того, что видел риски, что ситуация после Крыма становится неуправляемой, была угроза раскачки населения Донбасса. Нужно было успокоить ситуацию. Восток воспринял события на Майдане не так позитивно, как переворот. Потом Россия запустила тему "Правого сектора" и опасения у населения выросли. Я увидел, что Россия хотела заниматься сценарием, аналогичным Крыму, но он не удался.

— Появившиеся тогда лидеры протестов в Донецке — Павел Губарев, Денис Пушилин — это были самостоятельные фигуры или чьи-то марионетки?

— Это не были самостоятельные фигуры. Кроме Ходаковского, который был во власти (бывший начальник отдела спецопераций СБУ в Донецкой области, ставший командиром бригады "Восток" в самопровозглашенной "ДНР". — Ред.), остальные были неизвестные для большинства жителей, марионетки. Искали, кто может продать свою душу. Были переброшены из Крыма специалисты по контрдиверсионной идеологической деятельности. Они на этих элементов поставили, потому что было много симпатизирующих во всех органах власти.

— А кто у них был главный — российский политтехнолог Александр Бородай, ставший "премьер-министром ДНР"?

Натисніть на стрілку що б перейти до наступної сторінки

Оставить комментарий